К. МАРКС
НАПАДЕНИЕ НА СЕВАСТОПОЛЬ. — ОЧИСТКА ИМЕНИЙ В ШОТЛАНДИИ
Лондон, пятница, 19 мая 1854 г.

«Первое нападение на Севастополь», телеграфное сообщение о котором помещено в сегодняшних газетах, является, по-видимому, столь же славным подвигом, как бомбардировка Одессы, после которой обе стороны заявили о своей победе. Нападение, судя по описанию, было совершено посредством бомбардировки снарядами из «дальнобойных» орудий, огонь которых был направлен на внешние укрепления. Что нападение на севастопольскую гавань и на самый город невозможно осуществить посредством каких бы то ни было орудий, не войдя в залив и не приблизившись к защищающим город батареям; что вообще город невозможно взять без помощи значительной десантной армии, — это очевидно при одном взгляде на карту, и, к тому же, подтверждается всеми военными авторитетами. Поэтому данную операцию, если она действительно имела место, нужно расценивать как мнимый подвиг, рассчитанный на тех же gobe-mouches [простаков. Ред.], патриотизм которых был воодушевлен одесскими лаврами.

Французское правительство послало г-на Буррэ в Грецию с особым поручением. Его сопровождает бригада под командой генерала Форе, и он уполномочен потребовать от короля Оттона немедленной уплаты всех процентов по займу в сто миллионов франков, который Франция предоставила греческому правительству в 1828 году. В случае отказа французы должны занять Афины и ряд других пунктов в королевстве.

Читатели, вероятно, помнят мое описание процесса очистки имений в Ирландии и Шотландии, в результате которого в первой половине нынешнего столетия много тысяч людей были изгнаны с земли своих отцов. Этот процесс еще продолжается и проводится с энергией, вполне достойной добродетельной, утонченной, религиозной, милосердной аристократии образцовой страны Англии. Дома либо поджигают, либо разносят в щепки над головами их беззащитных обитателей. В имении Нигат в Нойдарте прошлой осенью, по приказу лендлорда, было совершено нападение на дом Дональда Макдональда, почтенного, честного, трудолюбивого человека. Жена его была прикована к постели, и ее нельзя было трогать; но управляющий и его шайка подручных выгнали на улицу шестерых детей Макдональда, старшему из которых еще не исполнилось пятнадцати лет, и разрушили весь дом, оставив лишь небольшой кусок крыши над кроватью больной.

Макдональд был так потрясен этим, что помешался. Врачи признали его душевнобольным, и теперь он бродит по округе, разыскивая своих детей среди развалин сожженных и разрушенных хижин. Его голодные дети с плачем ходят за ним, но он их не узнает, и его оставляют на свободе без помощи и без ухода, потому что его помешательство тихое.

Две замужние женщины, находившиеся накануне родов, видели, как у них на глазах снесли дома, в которых они жили. Им пришлось провести не одну ночь под открытым небом, в результате чего у обеих произошли преждевременные, очень мучительные роды и разум их помутился; сейчас они бродят с места на место вместе со своими многочисленными детьми, без всякой защиты и без надежды на выздоровление, как страшное свидетельство против класса, именуемого британской аристократией.

Даже дети сходят с ума от страха и в результате гонений. В Дуне, в Нойдарте, бедняки-арендаторы, изгнанные из своих жилищ, приютились в пустующем складе. Глубокой ночью агенты лендлорда окружили этот склад и подожгли его, потому что несчастные бедняки пытались укрыться под его кровом. Обезумевшие от ужаса несчастные выскочили из пламени, некоторые из них лишились рассудка. Газета «Northern Ensign» пишет:

«Один мальчик совсем помешался, его придется изолировать; он вскакивает по ночам с криком «Пожар! Пожар!» и уверяет окружающих, что в горящем складе остались мужчины и дети. Когда темнеет, один вид огня приводит его в ужас. Потрясающая картина в Дуне, когда склад пылал, освещая все вокруг, и около него метались обезумевший от страха мужчины, женщины и дети — вот что помутило его рассудок».

Так аристократия обращается с вполне работоспособными бедняками, которые создают ее богатство. Послушайте теперь о ее приходской благотворительности. Я приводу следующие факты по материалам г-на Дональда Росса, Глазго, и газеты «Northern Ensign».

1. Вдова Матерсон, 96 лет, получает всего 2 шиллинга 6 пенсов от Стратского прихода, о-в Скай;
2. Мёрдо Макинтош, 36 лет, полностью утратил работоспособность 14 месяцев тому назад, когда его придавило телегой. У него жена и семь человек детей в возрасте от 1 до 11 лет; он получает от Стратского прихода только 5 шилл. в месяц;
3. Вдова Самюэла Кэмпбелла, 77 лет, проживает в Брадфорде, о-в Скай, в полуразрушенном доме, получала от Стратского прихода 1 шилл. 6 пенсов в месяц. Она жаловалась, что ей этого не хватает, и приходские власти, после долгих проволочек, увеличили ей пособие до 2 шилл. в месяц;
4. Вдова Мак-Кинон, 72 лет, Стратский приход, о-в Скай, получает 2 шилл. 6 пенсов в месяц;
5. Дональд Мак-Дугалд, 102 лет, проживает в Крэйдате. Его жене 77 лет, оба очень слабы. Получают всего по 3 шилл. 4 пенса в месяц от Гленелгского прихода;
6. Мэри Макдональд, вдова, 93 лет, не встает с постели. Ее муж, служа в армии, лишился руки. Он умер 20 лет назад. Она получает от Гленелгского прихода 4 шилл. 4 пенса в месяц.
7. Александер Мак-Айзек, 53 лет, совершенно нетрудоспособный, имеет жену 40 лет, слепого сына 18 лет и четверых детей моложе 14 лет. Гленелгский приход дает этой несчастной семье всего 6 шилл. 6 пенсов в месяц — меньше 1 шиллинга на едока;
8. Ангус Мак-Кинон, 72 лет, и его больная жена, 66 лет, получают в месяц по 2 шилл. 1 пенсу;
9. Мэри Мак-Айзек, 80 лет, слабого здоровья и совершенно слепая, получает от Гленелгского прихода 3 шилл. 3 пенса. На ее просьбу увеличить пособие, инспектор заявил: «Как не стыдно вам просить больше, когда другие получают меньше чем вы», и больше не стал ее слушать;
10. Джанет Макдональд, она же Мак-Гиллиорей, 77 лет, совершенно нетрудоспособная, получает всего 3 шилл. 3 пенса в месяц;
11. Катрин Гиллис; 78 лет, совершенно нетрудоспособная, получает от Гленелгского прихода всего 3 шилл. 3 пенса в месяц;
12. Мэри Гиллис, она же Грант, 82 лет, в течение восьми лет не встает с постели, получает от Арднамерханского прихода 28 фунтов муки и 8 пенсов ежемесячно. Инспектор попечительства о бедных не посещал ее уже 2 года; она не получает ни медицинской помощи, ни одежды, ни питания;
13. Джон Мак-Икен, 86 лет, прикован к постели, проживает в Охнакрейге, Арднамерханского прихода, который дает ему фунт муки в день и 8 пенсов деньгами в месяц. Не имеет ни одежды, ни какого либо иного имущества;
14. Эван Мак-Келлем, 93 лет, с больными глазами. Я обнаружил его просящим милостыню на берегах Кринанского канала, в Напделском приходе, Аргайлшир. Он получает 4 шилл. 8 пенсов в месяц, не имеет ни одежды, ни медицинской помощи, ни топлива, ни жилища. Это ходячая куча лохмотьев, жалкий нищий;
15. Кейт Макартур, 74 лет, прикована к постели, живет одна в Данарди Напделского прихода. Кроме 4 шилл 8 пенсов в месяц, получаемых от прихода, у нее ничего нет. Доктор у нее не бывает;
16. Джанет Керр, она же Мак-Келлем; вдова 78 лет, здоровье плохое; получает 6 шилл. в месяц от Глассарийского прихода. Кроме этих денег, у нее нет ничего; жилища она не имеет;
17. Арчибалд Мак-Лорин, 73 лет, Аппинского прихода, совершенно нетрудоспособен; жена в таком же состоянии; получают от прихода по 3 шилл. 4 пенса пособия, не имеют ни топлива, ни одежды, ни жилища. Живут в ужасной лачуге, непригодной для человека;
18. Вдова Маргарет Мак-Леод, 81 года, живет в Ласгаке, Локбрумского прихода; получает 3 шилл. в месяц;
19. Вдова Джона Макензи, 81 года, живет в Аллапуле, Локбрумского прихода. Совершенно слепа и очень слаба здоровьем; получает только 2 шилл. в месяц;
20. Вдова Катрин Макдональд, 87 лет, живет на о-ве Луинг, Килбрандонского прихода; совершенно слепая и прикована к постели. Получает 7 шилл. в месяц на питание и из них должна оплачивать сиделку. Дом ее развалился, но приход отказался обеспечить ее жилищем, и она лежит под навесом на земляном полу. Инспектор отказывается чем-либо ей помочь.

Но жестокости этим не исчерпываются. В Страткарроне недавно произошло настоящее избиение. Большая группа женщин, доведенных до безумия жестокостью уже осуществленных выселений и ожиданием новых, собралась на улице, услышав, что в их края направляется отряд полицейских изгонять арендаторов. Однако прибывшие оказались не полицейскими, а сборщиками акциза; но узнав, что их принимают за других, они, вместо того чтобы выяснить недоразумение, решили воспользоваться им: они выдали себя за полицейских и заявили, что приехали выселять людей. Когда женщины начали волноваться, чиновники пригрозили им заряженным пистолетом. Что было дальше, описано в письме г-на Дональда Росса, который выехал из Глазго в Страткаррон и провел в этой местности два дня, собирая сведения и осматривая раненых. В его письме, написанном в «Королевской гостинице» в г. Оэне 15 апреля 1854 г., мы читаем:
«Сведения, собранные мной, свидетельствуют о позорном поведении шерифа. Он не предупредил людей о своем намерении двинуть против них полицейских. Он не зачитал акта о мятеже. Он даже не дал им времени разойтись, но, наоборот, приблизившись со своим отрядом и сжимая в руках дубинку, крикнул: «Прочь с дороги!», затем, не переводя дыхания, «Бей их!», после чего немедленно началась не поддающаяся описанию сцена. Полисмены стали бить несчастных женщин по голове своими тяжелыми дубинками, бросали их на землю и с дикой жестокостью топтали и пинали их ногами, куда попало. Вскоре вся лужайка окрасилась кровью. Крики женщин и подростков, лежавших в собственной крови, заставили бы содрогнуться само небо. Часть женщин, спасаясь от преследования полицейских, бросилась в глубокий и быстрый Каррон, надеясь на его милосердие больше, чем на снисхождение полицейских и шерифа. У некоторых женщин были вырваны клочья волос полицейскими дубинками; у одной девушки свирепым ударом дубинки был вырван из плеча кусок мяса в семь дюймов длиной, больше дюйма шириной и больше четверти дюйма в толщину. Молодая девушка, которая только смотрела на все происходящее, подверглась нападению троих полицейских. Они ударили ее по лбу, рассекли ей голову, а после того как она упала, они стали ее бить ногами. Доктор извлек кусок чепца, который был загнан в рану ударом озверевшего полицейского. Синяки на спине женщины носят следы кованого сапога. В настоящее время тринадцать женщин в Страткарроне еще находятся в тяжелом состоянии вследствие грубого обращения, которому их подвергла полиция. Три из них настолько плохи, что лечащие их не надеются на их выздоровление. Судя по внешнему виду этих женщин и по серьезности их ранений, а также по собранным мной показаниям врачей, я делаю вывод, что не более половины из них выживет; и даже те, которые протянут еще некоторое время, сохранят на теле печальные доказательства ужасающей грубости, жертвой которой они стали. Среди особенно тяжело раненных есть одна беременная женщина. Она стояла не в толпе, встретившей шерифа, а поодаль, и была только зрительницей; но полисмены жестоко избили ее дубинками и ногами, и положение ее очень серьезно».
От себя мы можем добавить, что женщин, подвергшихся нападению, было восемнадцать. Фамилия шерифа — Тейлор. Таков облик британской аристократии в 1854 году. Местные власти и правительство договорились о том, что судебное преследование, возбужденное против Кауэлла, Гримшо и других руководителей Престонской стачки[136], будет прекращено при условии прекращения расследования о деятельности мировых судей и хлопчатобумажных лордов в Престоне. Так и было сделано.

Тот факт, что Данкомб отсрочил на две недели внесение в палату своего предложения о создании комиссии для расследования действий мировых судей в Престоне, якобы объясняется этим сговором.

Написано К. Марксом 19 мая 1854 г.

Напечатано в газете «New-York Daily Tribune» № 4095, 2 июня 1854 г.

Подпись: Карл Маркс

Печатается по тексту газеты

Перевод с английского


на главную страницу